После Леонида Брежнева бразды правления государством принял Юрий Андропов –
в течение многих лет бессменный руководитель легендарного КГБ.
На новом посту он рьяно взялся за дело.
По всей стране начали отлавливать прогульщиков.
Прогремели процессы над крупномасштабными жуликами.
В магазинах появилась новая водка с зелёно-белой этикеткой.
Народ её назвал «Андроповка».
Стоила она на шестьдесят копеек дешевле «Русской».
Это стоимость обеда в студенческой столовой из трех блюд с компотом…

Но сполна развернуться Андропову не удалось.
Он умер в начале февраля 1984 года.
Говорят, из-за обострения болезни почек.
Народ, конечно, официально пребывал в скорби.
Но в это время начались Зимние Олимпийские Игры в югославском Сараево.
Болельщикам было не до траура.
Хотя за его нарушение могли последовать «организационные выводы».
Я это ощутил лично…

После Нового года у нас в общежитии затеяли большой ремонт.
Комнаты серьёзно уплотнили: вместо трёх человек в большой комнате помещалось восемь.
Спали на раскладушках и чемоданах.
Везде царила полная неразбериха.
Впрочем, перед телевизором – когда напрямую транслировали олимпийские соревнования, - все вели себя примерно.
К сожалению, я здесь сплоховал и нарушил правила…

Ко мне в гости заявился сокурсник по фамилии Кутузов.
Он решил бросить учёбу и на два года отправиться в армию.
По этому поводу мы выпили бутылку приторного вермута и заполировали его «Жигулёвским» пивом.
В результате – возникло могучее возмущение организма.
Оно продолжалось весь вечер и половину ночи.
А наутро ко мне подошёл комиссар студенческого оперативного отряда…

«Значит, так!» - сказал он так тихо, что у меня звенело в ушах, -
«Ты нарушил режим траура! Теперь либо ты пишешь объяснительную в деканат,
либо идёшь на целый день в оцепление на Пушкинскую площадь! Нарушения надо искупать!»
Выбор я сделал моментально и уже на рассвете занял боевую позицию
в первом кольце оцепления на подступах к центру столицы.
Кроме нас, студентов, там стояли дружинники из других институтов и промышленных предприятий.
Штатскими руководили милиционеры, вооружённые автоматами…

Помнится, дул пронизывающий ветер.
Чтобы согреться, мы группами бегали в соседнее кафе «Лира» -
в девяностые там откроют первый в стране «Макдональдс».
А тогда мы ощущали себя участниками важного политического процесса,
скрытого от глаз посторонних людей.
По пустынной улице Горького просились лишь машины «Скорой помощи» с включенными мигалками
и деловито сновали чёрные «Волги» с «Чайками».
Большие люди торопливо выбирали Главного человека.
Тогда им стал Константин Черненко.
Но всего лишь через год он, как говорится, ушёл в мир иной,
уступив кресло Генерального секретаря Михаилу Горбачеву.
Впрочем, нас не учили заглядывать в будущее…